TheJournal.ru

Писатель и издатель

Бочонок амонтильядо
Я решила предать огласке попытку моего несостоявшегося диалога с совладельцем и директором издательства «Захаров» Ириной Евгеньевной Богат.
Вступить в вероятный диалог меня, автора двух книг, побудили две основные причины. Во-первых, мне показалось, что высокая планка издательских проектов «Захарова» вполне отвечает моим творческим притязаниям. Во-вторых, репутация отца Ирины Евгеньевны, талантливого публициста Евгения Богата, – как человека, декларировавшего бескомпромиссную порядочность и твердые нравственные установки, – позволяла надеяться, что уж своей-то дочери он сумел привить эти достоинства в полной мере. И я обратилась к ней с письмом следующего содержания.
Глубокоуважаемая Ирина Евгеньевна!
Прежде чем изложить суть моей просьбы, я хотела бы высказать глубочайшую признательность Вашему отцу, писателю Евгению Богату. Его философские эссе, мудрые и трогательные, часто читанные мною в юности, оставили неизгладимый след в душе. В ряду таких прекрасных имен, как Валентина Осеева, Рувим Фраерман, Александра Бруштейн, Фрида Вигдорова – имя Евгения Богата стоит особняком: он говорил с читателем языком более сложным и столь же честно и искренне.
Труды Вашего отца предопределили мой интерес к онтологическим вопросам и подвели к восприятию великой литературы – Достоевскому и Фолкнеру, Кафке и Беккету, и великой философии – Кьеркегору, Ницше, Шестову, Буберу.
Исполины направляют дух и воспитывают мысль, а превосходные писатели и поэты укрепляют и поддерживают душу. В литературе наиболее близкой мне оказалась традиция, у истоков которой стоял Лермонтов, а развивали – Баратынский, Случевский, Анненский, Мандельштам, а в современной англоязычной поэзии – Оден. Я выпустила две книги, одну – в самиздате, вторую – в издательстве «Время». Мои стихи – это, в большей части, психологические этюды с философской подоплекой. А ощутимая камерность стихов лирического цикла включает глубокий экзистенциальный контекст. Простите за столь подробную преамбулу, Ирина Евгеньевна.
Моя книга «Слово о строгой страсти», вышедшая в 2006 году в изд-ве «Время», выпущена в оформлении и с прекрасными иллюстрациями художника Виктора Захарова. Очевидно, что книга, не способная приносить доход, должна отвечать критериям утонченности и хорошего вкуса, то есть быть явлением. На наш взгляд, это произошло: спустя девять месяцев после выпуска книжки, на реализацию было взято чуть более половины тиража и более чем за треть тиража – перечислены деньги. И это – при отсутствии какой бы то ни было рекламы.
В настоящее время у нас готов макет уникального по форме и сути издания следующей книги. Осуществить этот проект в издательстве «Время» возможно не раньше, чем через год-полтора. А к тому времени мы еще много чего подготовим. Посему, хотелось бы обсудить, уважаемая Ирина Евгеньевна, возможность реализации нашего замысла с таким серьезным издательством, возглавлять которое Вы имеете честь. Высокая литература – специфика немногих издательств и «Захаров» – в их почетном числе.
Надеемся, что серьезность наших намерений вполне соответствует как творческим амбициям издательства, так и его безупречной репутации.
С наилучшими пожеланиями.
Ответа не последовало. Не удовлетворившись вежливой отпиской студентки, подрабатывающей редактором в данном издательстве, – мол, присылайте по e-mail, посмотрим – я попыталась передать, точнее, всучить издательству рукопись. Только быстрота и натиск соавтора и художника Виктора Захарова позволили осуществить эту акцию. Мы все еще надеялись…
Продолжение следует.
/// 27.08.2007 20:06 // Комментарии: 1 / 27.08.2007 20:06
/// Настроение: :-)
/// Комментировать

«Эйфория»: иди и смотри

Фильм «Эйфория», созданный Иваном Вырыпаевым вместе с яркими талантливыми единомышленниками и выпущенный в жизнь мудрым и энергичным продюсером Сергеем Сельяновым – явление экстраординарное. Композиционное совершенство картины, на редкость емкий и точный метафорический ряд, описывающий сюжетные коллизии, глубина и масштаб осмысления существа русской жизни вызывают удивленное восхищение. Режиссер блестяще справился с невероятно сложной задачей: он сумел вывести формулу исторически удостоверенного русского характера, пропустив эту формулу сквозь собственную подлинность и собственную осмысленную любовь. Можно ставить и решать иные задачи, но нельзя добиться лучшего результата в рамках той, что поставил и решил Иван Вырыпаев с товарищами.
Каждый кадр, каждый фрагмент фильма наполнен живой радостью и добротой его создателей. Затемнение между сценами также четко работает на концепцию сценария, как и собственно раскадровка. Музыка, монотонно-напряженное соло на гармонике, прекрасно сочетается с изящными работами оператора и художника.
Актерские работы просто превосходны. В немалой степени благодаря самоотверженности исполнителей герои-символы, герои-метафоры абсолютно искренни, естественны и подлинны. Кстати говоря, символика настолько обаятельно представлена, что тянет в ней разобраться.

Я рассмотрела следующее. Основные персонажи – условно русский (Европа) и условно татарин (Азия) . Героиня, устав от прямолинейной деспотии Азии, выбирает Европу. Последнее слово остается, однако, за Азией. И в целом многонациональность прочитывается, один из персонажей напоминает цыгана. Впрочем, фильм я смотрела по телевизору, не исключаю домысливание.
Символический антураж – красное, цвета солнца и крови платье героини; добротная лодка героя и ружье антигероя в прекрасном рабочем состоянии. Атрибут истории – старинной формы вилка, используемая в качестве оружия. Интерьер – дом в чистом поле, моментально сгоревший в одночасье, засохшее дерево без листьев ну и машина, разумеется. Но истории, ни традиции, ни корней.
Первобытное состояние ума и духа, то есть отсутствие духовного зазора между эмоциональным побуждением и собственно действием: нет нравственных тормозов. Побуждение неандертальца: отрезать ребенку откусанный палец и напоить водкой, чтобы не раздражал плачем; затем пристрелить пса, озверевшего от бессмысленного сидения на цепи и, наконец, выследить и убить жену и соперника. Причем если мгновенная реакция неандертальца как такового была обусловлена жизненной необходимостью, то животные рефлексы современного россиянина – это «вещь в себе».
Люди «поступка» сделали фильм о людях «импульса». Антитеза «герой-антигерой» – оговорка. В картине все действующие лица – «анти –»: ни холодные, ни горячие, «извергнутые из уст Божьих». Поразительно, что уже полстолетия как ставшая традиционной форма кинематографической притчи, протянутая от работ Ингмара Бергмана до картин Такеши Китано, выявила уникальную доморощенную сверхэмоциональную пустоту русской реальности – импульс как исчерпывающее свойство российского характера. Кстати, обсуждение картины в передаче «Закрытый просмотр» наглядно подтвердило этот факт: осуждающий тезис звучал как приговор, приводимый в исполнение неприступной неприязнью его выносящего.
Иван Вырыпаев пока единственный режиссер, чей фильм в полной мере отразил тенденции современного мирового кино. Я имею в виду масштаб осмысления реальности и предельно деликатную форму подачи материала. В картине много реминисценций и ни грана подражательности. Сюрреализм Питера Гринуэя, чье имя первым приходит на ум, не имеет ничего общего с трагическим абсурдизмом невозможно, невыносимо реалистичного Ивана Вырыпаева. Не стоит удивляться спонтанно выведенному понятию «абсурдистский реализм»; вся российская реальность – сплошной оксюморон, торжество взаимоисключения.
Замечательная своей маниакальной бессмыслицей сцена, когда покинутый муж убивает тучную, статную, удивительно красивую корову. Ясно, что корова «не местная», кем-то чужим заботливо выведенная и выращенная, кем-то иным доведенная до логического совершенства. Помимо прочего, в картине отчетливо прочитывается «Оруэлл наоборот», я подразумеваю «Скотский хутор» Дж. Оруэлла. Разнообразные животные, недавно освоившие ландшафт, гораздо благороднее и мудрее людей, на этой земле родившихся.
Из каких внезапно нахлынувших эмоций сбивается коктейль ненависти, побуждающий мужчину внезапно нажать на спусковой крючок? .. Ясно одно: начало злодейства кроется в отсутствии духовной опоры для деяния. Только рассуждение на эту тему – совсем другая задача и другая вероятная история. Этот замечательный фильм для большинства пока – только надежда в отсутствие любви и веры. Верят и любят, несмотря на естественную и единственную защиту самоиронии, все, причастные к появлению фильма «Эйфория» на экране. И это – здорово!
Наталья Троянцева, поэт
и совершенно солидарный с автором,
Виктор Захаров, художник
/// 13.05.2007 21:20 // Комментарии: 1 / 13.05.2007 21:55
/// Комментировать