TheJournal.ru

Считаю, что после смерти Татьяны Лиозновой Никита Михалков просто обязан снять свою версию "17 мгновений весны".
Само собой, в роли Штирлица был бы Сам Никита Сергеевич (ибо больше просто некому) , в роли радистки Кэт - Надя Михалкова. Это не было бы наивное поверхностное черно-белое кино про хороших советских разведчиков и плохих гитлеровцев. Это был бы глубоко философский и очень драматический фильм, блистающий всеми оттенками серого и неожиданными сюжетными заворотами.
В версии Михалкова мы бы узнали, что Исаев - Штирлиц был вынужден шпионить в пользу СССР, потому что омерзительные НКВДшники по приказу кровавого Сталина держали в заложницах его жену. Да и самого Штирлица раз в полгода вызывали на Лубянку, где пытали бы до полусмерти в профилактических целях. А еще выяснилось бы, что Исаев - Штирлиц знал о намерении Гитлера напасть на СССР до 22 июня. И отчаянно сигнализировал Сталину. Но кровавый тиран Сталин отмахивался от его донесений, как от назойливых мух. Потому что на самом деле он хотел этой войны, чтобы загубить миллионы советских людей руками Гитлера.
Да, еще в версии Михалкова гестаповцы были бы чуткими интеллигентными людьми с тонкой душевной организацией. Они никого бы не мучили в своих застенках, и отказывались бы расстреливать людей. А чуткий интеллигентный гуманист Мюллер знал бы, что Штирлиц - советский шпион. Но не сдавал бы его из принципов гуманизма. Да и просто потому, что Штирлиц был ему симпатичен.
А еще Штирлиц в глубине своей чекистской души был бы глубоко верующим человеком. Он бы вел богословские беседы с пастором Шлагом и украдкой под эсэсовским мундиром носил православный крестик на веревочке. И крестился бы перед каждой депешей на неблагодарную родину. А еще он бы люто ненавидел Сталина. И тоскливыми берлинскими вечерами пил бы русскую водку, занюхивал черным хлебом и трехэтажно материл бы усатый лик Вождя на настенном портрете. А потом расстреливал бы ненавистную рябую рожу из именного браунинга и драл бы холст титановыми когтями (все ногти Штирлицу повыдергали в лубянских застенках) . А потом плясал бы до изнеможения вприсядку, под балалайку медведя на цепи. А потом, протрезвев, покорно стоял бы навытяжку перед изодранным портретом Верховного Главнокомандующего, и отдавал бы ему честь. И слезы с соплями крупным планом стекали бы по пышным михалковским усам, символизируя бездонную глубину загадочной русской души.
Но это ему бы не помогло, потому что кровавый упырь Сталин разжаловал бы Штирлица в рядовые и сослал бы в штрафбат. А там ему выдали бы черенок от лопаты и послали бы в самое пекло, штурмовать фашистскую цитадель ко дню рождения тирана.
И это было бы реально шедевральное кино мирового уровня, которое не стыдно на "Оскар" отправить.
Очень надеюсь, что Величайший Режиссер Всея Руси прочитает мой скромный пост. И воплотит мои мечты в реальность.
Кто же еще, кроме него.