Записки у изголовья

В Москве наступила осень. Она накрыла город красивым разноцветным покрывалом, напоминавшим марокканские узоры. В воздухе стояла бесконечно прекрасная дымка, сотканная из сотни сортов табака, чьими-то вздохами отчаяния и бесконечной любви. Москва осенью особенно женственна и печальна, она напоминает собой не юную нимфетку в трех слоях макияжа и отсутствием всякой чувственности, а безумно сексапильную женщину, немного томную и капризную. Да, быть может она много плачет в окна и негромко стучит слезами о подоконник, но может она хочет поговорить с вами, разбудить вас, показать что-то очень важное, настолько важное, что быть может оно изменит вашу жизнь навсегда. Те счастливчики, которые шли за осенью уже знают это… Она гонит северные ветра сквозь сердца не с целью заморозить их, а с целью наполнить свежестью и немного приглушить горячую боль ноющих июльских ран. Она очень добра, она заставляет думать и задумываться. Она приближает весну и лето еще ближе к нам. Под шум ее листопада мы вспоминаем теплые летние дни, чьи-то губы на теплой коже, тонкий аромат волос после грибного дождя. Она заставляет нас не забывать, еще больше закрепить в сознании чье-то имя, нежный шепот и колючие мурашки на коже. Она просит нас не забывать это, каким бы оно не было, но не забывать. Наши воспоминания имеют хорошее свойство – трансформироваться во что-то большее. Человек, которого мы хотим забыть что есть сил, оставшись в нашей памяти, потом может помочь нам избежать своих ошибок и по-другому относиться и воспринимать многие веши. Непрочитанная до конца любовь потом может стать хорошим романом с логичным и легко прочитываемым концом. Не ругайте осень за излишнюю суровость она лишь напоминает вам, что скоро все опять будет хорошо, и вы увидите прозрачные снежинки, услышите хруст снега, первую капель… дальше лучше, город покроется маленькими зелеными бликами весны, и тогда, вдохнув полной грудью весеннюю прохладу вы поблагодарите и вспомните осень…
В Москве наступила осень…