TheJournal.ru

Николя.

Первый раз я увидел его в маленьком отеле, в Альпах, куда привела его одна очень эксцентричная и милая девушка. Она знала язык, и где-то на склоне познакомилась с ним. Он подрабатывал в горах на канатке. Она же, была русская туристка. Звали её Кэт. Он-высокий, под два метра, крепкий и спортивный. С красивым мужским загорелым лицом и правильными мужественными чертами. Некий воин, каких-то далёких гравюрных времён. Кэт - симпатичная девица, немного себе на уме, стройная, выше среднего роста. С озорными глазами, жаждой движения и некоей постоянной тайной, тянувшейся за ней неуловимым шлейфом. И когда я наблюдал их вместе, то видел, что Николя смотрел на неё, как на существо, близкое к небу. Что не мешало ему, я думаю, страстно желать её. Всё это я узнал уже после моего знакомства с ними.
Как -то раз, я повстречался с Кэт на спуске, случайно. Вернее я узнал её и подъехал. Она каталась в сопровождении трёх французских парней. До этого мы встречались лишь во время завтрака и ужина. Она с трудом признала меня - лишь только после того, как я снял горные очки. Похвалив меня за катание, а надо сказать, что Кэт владела лыжами очень не дурно, она предложила мне покататься с ней на следующий день, сказав что с её друзьми, она кивнула в сторону угрюмого трио, мрачно смотревших в мою сторону, ей не особо интересно, так как они в обед заваливаются в ресторан на горе и вытащить их оттуда уже невозможно. За ужином она сообщила, что завтра к нам присоеденится её знакомый, и что зовут его Николя. Она также сообщила, что он француз, завтра у него выходной и он согласился показать ей незнакомые местные спуски. Про себя я подумал, что вряд ли этим парнем двигал интерес просто побыть гидом у милой туристки. Судя по улыбке, с которой мне это сообщала Кэт, она вполне догадывалась о "коварных" планах француза.
На следуещее утро мы уже поднимались втроём на чудесные горы. Николя заметно нервничал. И явно был не очень доволен тем, что кто-то мешает ему занимать внимание Кэт, да к тому же ещё говорит с ней на непонятном ему языке. Вот так мы и общались, через нашу милую подружку между собой и с нею самой. По очереди и без. Наконец, мы поднялись и решили сделать пробный спуск. Кэт предупредила меня, что Николя не очень хорошо катается, но, по её словам он абсолютно безбашенный крэзи. В чём я и смог убедится воочию, несмотря на мой скептицизм. Думаю, нами овладел некий кураж - каждый пытался казаться, как можно эффектнее, пытаясь произвести впечатление.
Николя догнать было невозможно. Он спускался почти по прямой, немного коряво, но с такой бешенной скоростью, что было даже страшно на это смотреть. Когда мы останавливались отдышаться, Кэт смеялась и крутила пальцем у виска, говоря мне и переводя фрацузу, что у того нет мозгов и лишь одни мышцы. Николя тоже улыбался и кивал, вобщем, атмосфера стала принимать почти дружеский характер. Тем более, что склоны были довольно рискованными, а опасность, пережитая совместно сближает. Всё было замечательно и ещё никто даже не догадывался, чем всё это может закончится…
Всё было супер и радостно. А что ещё? Пик удовольствия: адреналин, близость женщины. Она оттеняла весь этот пир эмоций. Время было к обеду, но никто и не думал о нём. Нельзя было насытится этим действом. Медленныйе подъёмы и быстрые спуски. Вновь подьёмы и вновь бешенная гонка. Николя, если была такая возможность, старался при возможности оставаться с Кэт наедине и поднимался вместе с Кэт на двухкресельной дороге. Спустившись и стоя в очереди на подъёмник, мы с Николя курили смачные французские сигареты, хотя мне и в голову раньше не приходило курить в таком чистейшем месте. Но, тогда даже дым был душистым и сладким. Кэт не курила. Она не курила вообще.
Николя окончательно перестал волноваться. И опасаться за свою Кэт. Возникло какое-то понимание, несмотря на то, что двое из трёх говорили на разных языках. В очередной раз, забравшись на гору и собравшись, мы понеслись вниз. Уже по сценарию: впереди мчался Николя, затем я и, чуть сзади и сбоку, что бы не мешал снег из под лыж, Кэт. Нельзя сказать, что Кэт не могла ехать, скажем, второй, и даже первой, но, наверное, мы хотели, что бы она видела нас. Собственно соревновательный дух уже закончился и Кэт дала нам понять, что один техничней, но другой просто безумец, что, из уст такой женщины звучало, как совершенное признание. Надо признать, что женщины всегда более склонны к безумствам мужчин, нежели к выверенным линиям поступков или какого-либо действа. Порой, даже гармония не так задевает их сердца, как буйное проявление чего-то животного и древнего.
Не смотря на сложившийся рисунок нашей прогулки в горах, Николя что-то не давало покоя. И он решился на поступок. Что им двигало? возможно, желание и некая сила. Поднимаясь на верх, он заприметил некую избушку на склоне горы, довольно крутом. Это был домик спасателей. Если посмотреть сбоку, он представлял из себя треугольную избушку. В целях безопасности, торец и дверь помещения была со стороны долины, а его крыша шла горизонтально и упиралась в склон. Крыша была плотно утрамбована снегом, и сверху домик был почти незаметен, а потому, был огорожен в верхней части, со стороны склона полукругом из сетки с флажками и предупредительными знаками. В одном месте, как раз по прямой, напротив крыши, в сетке был оставлен проём, наверное, для снегохода. Таким образом это сооружение представляло из себя… внушительный трамплин. Его-то Николя и заприметил, когда мы поднимались на верх. Место было довольно крутое и, естественно, никому бы и в голову не пришло воспользоваться домиком в таких целях. Склон за трамплином был идеальный и, если предположить, что полёт пройдёт удачно, то приземление должно было произойти относительно хорошо. Надо сказать, что решиться на такое, не будучи профи, а Николя им и не был, требует храбрости, граничащего с безумием. Но у Николя было не только мужественное лицо. У него был дух воина.
Ничего не подозревая, мы катились, почти летели вниз, когда Николя стал настойчиво уходить в сторону. Мы следовали за ним. Он ехал впереди. Скорость была высокая, издали заметив флажки, я стал уходить правее от них, а Николя продолжал ехать прямо. Думаю, он готовился к прыжку, а потому немного замедлил скорость. Я поравнялся с ним и мы продолжали двигаться параллельно. Я не мог понять, что он задумал. Мы стали отдаляться, Кэт поехала за мной, она тоже видела предупредительные знаки. А Николя.. Он ехал прямо.. на них. В какой то момент я понял, что он хочет сделать.. Я увидел проем в сетке.. Ох этот хитрец Николя. План был гениальный. В случае успеха, это был бы Апофеоз.
В каой-то момент я ощутил досаду, что вот этот французский парень задумал нечто, что способно поразить, удивить и восхитить. Он, а не я. Всё это проносилось у меня в голове в мнгновения. Потом, я ощутил восторг. От самого действа, от всей безумности этой затеи, от того, что Кэт станет свидетелем поступка мужчины. Я ощутил единение и сопричастность. Как буд-то не он, а я сейчас взлечу в бесконечность.
Я увидел это первым. Николя не мог видеть. Ему мешала видеть крыша. Спасатели… поставили свой снегоход под домик-трамплин, а не свеху него, метрах в двадцати вниз. Было круто и Николя не мог видеть сверху это. А я уже видел. Видел.. Но что я мог сделать? Скорость.. мнгновенья, а Николя.. он уже решился.. я думаю, он решался до последнего мига и вот решился.. и уже въезжал на трамплин, не видя.. ничего. Я продолжал двигатьсяв месте с ним.. время тягуче замедлилось, я как завороженный смотрел на то, как готовится к прыжку хищный зверь. За долю секунды до прыжка он всё увидел.. и Понял всё. Не знаю… мог ли он что-то сделать. Может и мог, скорее нет.. Он прыгнул, как и собирался. Сзади я услышал крик Кэт. Такой низкий плавающий звук, как в замедленной плёнке магнитофона. Николя летел. Он принял решение. Он понял, что ему надо перепрыгнуть препятствие. Вот так, медленно, он летел и мы, не сводя глаз, двигались вместе с ним, чуть правее. Склон уже не казался таким крутым, уже ничего не имело значение.. Ничего. Только, одно.. Николя должен перелететь этот снегоход. Обязан перелететь!
Внезапно… всё убыстрилось.. Всё стало реальным. Я отвернулся.. я не хотел это видеть, я только слышал. Удар.. сухой хлёсткий удар.. хруст чего-то.. и тонкое гудение беды в моей голове. Я стал останавливать лыжи непослушным телом и ногами. Поставив лыжи поперёк склона, я и Кэт тормозили, раздирая плотный снег, поднимая снежную пыль. Мыслей нет.. Нет ничего. Тупая пустота. Снежное облако оседает… Николя лежит в десяти метрах вниз по склону от остова разрушенного снегохода. Всё усыпано обломками каких-то грязно чёрных, некрасивых деталей. Две лыжины в разных местах. Место случившегося - рваный треуголник на белейшем снегу, в вершине которого, направленной вниз - Николя. Я не хочу к нему идти. Просто смотрю. Кэт, лихорадочно отстёгивая лыжи, непослушными руками, одновременно пытаясь приблизится к нему. Я остаюсь на месте. Даже не снимаю лыжи. Я не хочу это видеть… Это не правильно… И всё. Злость наполняет меня. Почему он не долетел? Этот атлет, мускулистый красавец. Он должен был сделать это. Я не чувствую боли. Досада. Мы не перепрыгнули этот барьер.
/// 02.06.2007 20:24 //
/// Музыка: Немного подправил и обьеденил куски. Сори, кто читал
/// Комментировать

Бренность

Горы. Яркое солнце. Не земная прозрачность. Высоко. Вокруг люди в пёстрых одеждах. Туристы и лыжники. Все красивы. Вокруг всё нереально красиво. Смех, разговоры, восклицания, скрип снега. Эйфория. Напротив, через ущелье гора со снежной шапкой. От самой верхушки её внезапно отваливается маленький белый кусочек. Он плавно летит и, незамеченный никем, скрывается за горой. Мнгновенье. Нарастающий, чудовищный низкий гул внезапно пронизывает всё пространство, парализуя волю. Ещё через миг начинает колебаться поверхность потусторонним, чужим ритмом. Маски растерянных лиц и нелепые фигурки людей, застывших в нелепой позе - присев и растопырив руки. Время не течёт. Его нет. Ужас заполнил всё сущее.
Абсолютная тишина. Красиво. Новая жизнь. Ярко. Начинается движение. Никто не смотрит друг другу в галаза. Всё очень интимно. И немного стыдно. За бренность.
/// 29.05.2007 15:31 // Комментарии: 3 / 29.05.2007 15:45
/// Комментировать