Данный сайт продается. По всем вопросам писать на verstalschik(@)thejournal.ru

TheJournal.ru: eika

TheJournal.ru

журналы сетевых обитателей
 

eika: «Добро пожаловать на мои страницы дневника!»



Этого не может быть!

этот гадюшник ещё жыф?
/// 30.07.2016 19:17 // Комментарии: 1 / 30.07.2016 19:44
/// Комментировать



Искусство эпохи меровингов

Мерови́ нги (фр. Mé rovingiens, нем. Merowinger или Merovinger) — первая династия франкских королей в истории Франции. Короли этой династии правили с конца V до середины VIII века на территории современных Франции и Бельгии. Они происходили из салических франков, которые в V веке обосновались в Камбре (Хлодион Длинноволосый) и в Турне (Хильдерик I) .
Современники также называли Меровингов «длинноволосыми королями» (лат. reges criniti) . С языческих времен и до своего падения Меровинги носили длинные волосы, считавшиеся обязательным атрибутом монарха. Франки верили, что Меровинги обладают сакрально-магической силой, заключавшейся в чрезвычайно длинных волосах их владельцев, и выражавшейся в т. н. «королевском счастье», олицетворявшем в себе благополучие всего франкского народа. Такая причёска отделяла его от подданных, которые носили короткие стрижки, популярные в римскую эпоху, считавшиеся признаком низкого положения слуги или раба. Отсечение волос считалось тяжелейшим оскорблением для представителя династии Меровингов, на практике оно означало потерю прав на обладание властью (примером тому может служить сын Хлодомира Хлодоальд, известный впоследствии как святой Клод) .
Из многих королевств, образовавшихся на развалинах Западной Римской империи, наиболее жизнеспособным оказалось франкское. Его культура сыграла важную роль в период сложения и развития западноевропейского искусства раннего средневековья. Занимая землю, принадлежавшую римскому государству, франки не отнимали ее ни у местных жителей, ни у церкви. Прежние тяжелые налоги натурой фактически не собирались. Естественно поэтому, что население поддерживало франков. В дальнейшем родовые связи франкских племен быстро разрушились, и их родовая община превратилась в соседскую. Вместе с тем росло и имущественное расслоение среди свободных. Ему способствовала конфискация бывших римских государственных земель и поместий так называемых «бунтовщиков». ЭТИ земли становились собственностью короля; по словам Энгельса) «они расточались так же быстро, как росли, на дарение церкви и частным лицам — франкам и романам, дружинникам короля (антрустирнам) или каким-нибудь другим его любимцам».
В 496 г. король франков Хлодвиг, который был раньше лишь одним из племенных вождей, принял, христианство, так как ему важно было опереться в своих завоеваниях на галло-римское духовенство. Хлодвигу удалось объединить под своей властью все земли, захваченные франками, и стать первым королем. Однако после его смерти власть его наследников сохранялась лишь формально, франкское государство стало дробиться, и местные вожди вели ожесточенную междоусобную борьбу, не останавливаясь перед применением самых жестоких и коварных средств. Культура пала настолько, что грамотные люди встречались редко даже среди высшего духовенства. Тем не менее франкское государство сохранилось, пережив этот период внутреннего распада.
В ранний период истории франкского государства, при так называемых Меровингах, еще не исчезли пережитки родового быта и первобытной военной демократии. В искусстве преобладали черты наивно-фантастического понимания действительности, особенно ярко проявившиеся в орнаментике. Довольно высоко была развита техника обработки металлов, которая восходила еще к дохристианским временам и была примерно одинаковой у франков и у других народов германского происхождения.
Почти единственным образцом для возникавшей архитектуры франкского государства служили базилики, однако их стиль по сравнению с позднеримскими меняется. В 470 г. была построена церковь Сен Мартен в Туре, ныне полностью разрушенная. В свое время она была, вероятно, самым большим сооружением Галлии. Внутренность церкви украшали 120 мраморных колонн, взятых из зданий античного времени. На основании письменных документов установлено, что абсиду в восточной части окружала арочная галлерея на колоннах, в чем, может «быть, можно видеть прообраз позднейшего хора с обходом.
В 7—8 вв. на севере Франции план базилики усложнился: вместо Т-образной формы она приняла крестообразную форму, так как трансепт, примыкавший ранее к восточному концу продольного помещения, передвинулся теперь ближе к середине (монастырская базилика в Сен Дени и первоначальная церковь в Жюмьеж) . Такое нововведение было вызвано увеличением численности клира, находившегося во время богослужения в восточной части церкви, и ростом его значения, а также соображениями символического порядка. Последнее вообще характерно для эстетических представлений раннего средневековья. Так, один древний писатель сообщает, что самый план церкви должен был напоминать собой «животворящий крест».
От меровингских времен сохранились крипты (например, крипта в Жуарре; илл. 165) . Это небольшие и тесные помещения с колоннами, имеющими плоско трактованные капители, прообразами для которых служили римские капители коринфского или композитного ордера. В крипте Сен Лоран в Гренобле встречается древнейшее во Франции перекрытие цилиндрическим сводом, тогда как абсида перекрыта полукуполом, состоящим из трех распалубок.
Одним из наиболее старых сохранившихся меровингских зданий является баптистерий в Пуатье Сил л. 166) . Баптистерий в Пуатье, несмотря на малые-размеры и примитивность техники, построен еще в духе античной традиции.
В меровингском наследии видное место занимают рукописи с миниатюрами. Главнейшие скрипторип существовали при монастырях Луксейль, Флери (впоследствии Сен Бенуа сюр Луар) и Корби.
Украшение рукописей носит орнаментальный характер; особенно типичен для них так называемый изоморфический тип инициалов, остов которых образуют несколько стилизованные рыбы, птицы, животные, реже человеческие фигуры.
Наряду с инициалами внимание художников сосредоточивалось на фронтисписах, где главную роль играют большие декоративные кресты, венки и аркады. Орнаментация напоминает произведения прикладного искусства этого периода, но часто встречаются также мотивы, заимствованные из искусства христианского Востока: пальметки, некоторые виды плетенки и т. д. К числу лучших памятников этого стиля принадлежат «Луксейский лекционарий» и «Геллонский сакраментарий» в Парижской Национальной библиотеке (оба около 780 г.) и «Гомилии Григория Великого» в Ленинградской Публичной библиотеке (вторая четверть 8 в.) .
В меровингских рукописях встречаются изобразительные мотивы — птицы вокруг райского дерева, Мария в восточной одежде, с крестом и кадилом в руках, распятие, летящие ангелы и т. д. Однако характерной их чертой остается подчинение задачам украшения текста. Мало того, животные, человеческие и фантастические образы сливаются с буквами, обогащают их образную выразительность. Трактовка фигур примитивна. Раскраска изображений условна. Буквы, составленные отчасти из животных и растительных форм, ярко расцвечены, красным, зеленым и желтым.
Каменные рельефы, украшающие меровингские саркофаги (из которых наиболее известен саркофаг в Муассаке, 7—8 вв.) , также отличаются плоским орнаментально-декоративным характером. Связь с рельефами на стелах провинциального галло-римского искусства выступает иногда достаточно явно. В этом отношении особенно интересен происходящий из гипогея в Пуатье рельеф (конец 7 в.) , на котором изображены два стоящих по сторонам пилястры полуобнаженных христианских мученика. Параллельно с каменными рельефами были распространены рельефы из обожженной глины, предварительно оттиснутые в форме и пройденные резцом. Они применялись для украшения церквей и в значительном количестве сохранились в Центральной Франции; такие рельефы встречаются также в развалинах христианских базилик Северной Африки. Изображения фантастических животных, человеческих голов и целых фигур на этих памятниках всецело принадлежат кругу народных представлений.

Наиболее сильно франкское влияние сказалось в произведениях декоративно-прикладного искусства — различные формы фибул (застежек) , лошадиной упряжи и оружия, украшенных геометрическим и звериным орнаментом.. Черты звериного и геометрического стиля сливались с позднеантичными мотивами. Распространена была плоскорельефная резьба по камню (саркофаги) , рельефы из обожженной глины для украшения церквей, изготовление церковной утвари и оружия, богато отделанного золотыми и серебряными вставками и многоцветными драгоценными камнями. Характерны фибулы, поясные пряжки, детали конской упряжи.
/// 23.09.2014 17:35 // Комментарии: 16 / 02.10.2014 07:41
/// Комментировать



Ещё немного про кельтов. Женщины

Культура кельтов оригинальна и загадочна. Воинственный этнос, живший на территории Европы и Британских островов в I веке до н. э., имел весьма своеобразный жизненный уклад, и не в последнюю очередь это касалось места женщины в кельтском обществе.
Среди своих современниц - гречанок и римлянок - кельтская женщина стоит особняком. Свободная и самодостаточная, она была помощницей и другом мужчины. Многие сегодняшние идеи женского равноправия родом из железного века, века расцвета кельтов.
Кельтские женщины в мифологии
В сказаниях кельтов активно действуют не только герои, но и героини. Жизнь реальных женщин отражена в сагах со всеми ее проблемами - любовью, сердечной болью и победами. Представительницы прекрасного пола выглядят там разными - находчивыми и хитрыми, серьезными и капризными, мстительными и амбициозными - но только не пустоголовыми красавицами.
В отличие от апатичных и слабых девиц греческой мифологии, кельтки сражались, решали судьбу племени и, добиваясь цели, побеждали. Мойра Колдикотт, британская исследовательница кельтских мифов, писала, что женщины в фольклоре кельтов так же умны, как и прекрасны.
Общественное положение
Свод законов «Брехон», пришедший к ирландцам от древних кельтов, дает представление о положении кельтских женщин в обществе. У кельтов не было матриархата. Мужчины стояли на главенствующих позициях, но женщины имели такой социальный статус, который некоторым нашим современницам даже и не снился.
Кельтки занимались не только домом, подворьем и детьми, но и работали во всех сферах хозяйства и играли активную роль в политической, социальной и религиозной жизни своих племен. Женщины владели ремеслами - лепили кухонную и столовую утварь, плели корзины и рыболовные сети. Выделывали кожи и ткали холсты. Шили обувь и одежду. Работали в поле, растили скот, мололи зерно, взбивали масло и готовили сыр. Могли быть воительницами, целительницами, судьями, поэтессами, жрицами и провидицами. Известны те, кто «поворачивал назад поток войны» - возможно, миротворицы. Кроме того, женщины были в состоянии управлять войском и племенем. Кельтки владели собственностью и, что совершенно немыслимо для культур того времени, могли сохранить свое состояние за собой, даже выйдя замуж.
Девять видов брака
Семья у кельтов была скорее партнерством, чем главенством мужа над женой. Брачного обета супруги на всю жизнь не давали, брак считался экономическим соглашением, и кельтская женщина могла сама инициировать развод. Кельтских форм брака было девять, и будущие супруги выбирали между ними. Основные различия между этими формами заключались в содержании брачного контракта, приобретаемого материального статуса и степени ответственности супругов.
Для современного ума подобное брачное ассорти может показаться не- романтичным. Но надо отдать должное древним - финансовые договоры лучше любви и страсти защищали женщину и ее детей в случае развода.
Например, когда кельтская девушка выходила замуж, за каждый год ее супружеской жизни муж обязан был заплатить родственникам определенную сумму, размер которой отражался на социальном статусе жены. В первый год все деньги отдавались в семью тестя и тещи. На второй год львиная доля денег шла туда же, но молодая супруга часть их уже оставляла себе. На третий год в родительский дом отправлялось еще меньше, и так далее, пока всю ежегодную плату жена не начинала получать сполна. Это были ее собственные средства, и она могла их тратить по своему желанию. Муж не имел права на личное богатство жены, и наоборот.
Развод
Инициатором развода мог быть как мужчина, так и женщина. Последняя требовала развода, если муж оставил ее из-за другой женщины или мужчины; был не в состоянии содержать ее и детей, и жене приходилось самой кормить семью; унижал, высмеивал ее публично или лгал о ней; соблазнил в брак хитростью или колдовством; бил ее; был бессилен как мужчина; если он так ожирел, что секс стал невозможным; если он бесплоден и если врал о своих подвигах и воинских заслугах.
У мужа причин, по которым он мог развестись с женой, было меньше. Это неверность, воровство, аборт, позор для его чести, удушение ребенка, отсутствие молока.
Любопытно, что бесплодие у кельтов считалось виной мужа, тогда как во многих других культурах бремя вины переносилось автоматически на жену. Вопрос о грудном молоке предположительно относился только к бракам в бедных слоях кельтского общества, где не могли позволить себе нанять кормилицу.
Одна из общих причин развода - бездетность. Все отношения, в результате которых появились дети - даже если это было изнасилование или одна ночь любви, переводились в правовой статус брака с целью защиты ребенка. Бездетные же добрачные отношения могли прекратиться в любую минуту.
Тем не менее браки сохраняли и ради любви. Так, жена бесплодного мужа могла спать с другим мужчиной, чтобы забеременеть. Это не было изменой и происходило с официального одобрения закона. Ребенок, родившийся от такой связи, признавался принадлежащим мужу, а не биологическому отцу.
Если супруги разводились по вине мужа, жена могла оставить себе все ежегодные «взносы», выплаченные ей за время брака. Если виновата была она, то полученные средства возвращались мужу. Приданое, заработанные деньги или купленная женой земля после развода оставались у нее.
Современники кельтов в других краях финансовые вопросы в случае женской измены вообще не обсуждали. За это в древнем мире было одно наказание - смерть.
Женщины-друиды
Загадочными друидами - жрецами, интеллектуальной элитой кельтского общества - были не только мужчины. Саги кельтов и исторические записи римлян упоминают о жрицах-друидессах. Так, мифологический герой Финн МакКумалл обучался поэзии и волшебству у женщины-друида. Мог Ройт, один из величайших ирландских друидов, имел в наставницах жрицу по имени Банвуана.
Римляне оставили сведения о том, что друидессы принимали участие в ритуалах и даже сами приносили человеческие жертвы. Юлий Цезарь писал, что среди воинов во время битвы метались жрицы в черных одеяниях. К друидессам за предсказанием обращались императоры Диоклетиан, Аврелиан и Александр Север.
Верховные жрицы давали обет целомудрия. Кельты относились к ним с трепетом и верили, что друидессы способны превращаться в животных, пророчествовать, заклятиями творить бурю, вызывать и усмирять ветер. Жрицы считались божественными созданиями, которые могут исцелить, помочь, научить. Позже, с приходом христианства, друидессы трансформировались в сознании человечества в злых колдуний. Например, ведьмы в «Макбете» Шекспира.
Воительницы и королевы
Кельтские женщины были неустрашимыми воительницами. Римский историк Аммиан Марселин писал: «Целая армия врагов не могла совладать с одним кельтом, если он призывал на помощь свою голубоглазую жену, обладающую огромной силой». Страбон в своей «Географии» говорил о «мужественных» кельтках, а Диодор Сицилийский в «Исторической библиотеке» отмечал, что у кельтов «жены не только ростом одинаковы с мужчинами, но и подобны им духом».
Кельтки воевали рядом с мужчинами. В описаниях битв у древних ирландцев почти везде сказано, что в бою сражались и пали женщины. Кроме «профессионалок», в случае нужды, оружие могла взять практически любая. Подготовка девочек не ограничивалась домоводством. Их учили, помимо шитья и стряпанья, верховой езде и владению оружием.
Самая известная кельтская воительница - легендарная Боудикка, поднявшая восстание объединенных племен кельтов против Рима в 61 году до н. э. У ирландских кельтов существует своя героиня, воплощенная в образе королевы Медб.
Только в 697 году, по настоянию христианского духовенства, был принят закон, освобождавший женщин от военной повинности.
Римляне, столкнувшись с общественным устройством кельтов, были поражены привилегиями, которыми пользовались женщины. Такое положение вещей подрывало патриархальный уклад Греции и Рима, подобное равенство полов не имело права на существование. Влияние Римской империи и христианства, в сочетании с начинающей проникать культурой англосаксов и франков, конечно же, вынудило кельтов фундаментально измениться. Гармония, которая была основана на обоюдных правах и обязанностях сторон, постепенно исчезла из кельтских семей, уступив место традиционным для всего остального мира взаимоотношениям.
Подобной свободы после заката кельтской культуры женщины не знали еще очень долго. И только через много веков, в конце XIX столетия, о женском равноправии впервые в новой истории заговорили английские суфражистки.
Автор Марина Уденцова
/// 07.09.2014 17:39 // Комментарии: 11 / 08.09.2014 16:32
/// Комментировать



Искусство кельтов (оружие и не только)

удожественное наследие древних кельтов нельзя назвать многочисленным, потому что в хорошем состоянии сохранились в основном изделия из благородных металлов, золота, серебра и бронзы. Многие предметы из дерева, железа, кожи и ткани исчезли. То, что пощадило время, было разрушено человеком. Но то, что до нас дошло, представляет неоспоримую художественную ценность и проливает свет на особенности цивилизации кельтов — варварского племени, до сих пор во многом остающегося для нас загадкой.
Археологи и историки считают, что впервые кельтское искусство появилось в области Среднего Рейна, распространившись позднее до Верхнего Дуная и Марны (Вальдальгесхейм) . Сфера его распространения расширялась постепенно и в один отдельный момент времени никогда не охватывала всей территории, населенной кельтами. Так, многие шедевры кельтского искусства изготовлены на Британских островах в I в. до н. э. — 1в. н. э., после того как кельты утратили контроль над своими континентальными владениями. В Ирландии, вне пределов досягаемости римских войск, оно сохранилось и после ухода римлян и в VII в. вдохновило художественное возрождение в Нортумбрии.
Ян Филип выделяет в кельтском искусстве несколько стилей: ранний латенский (V в. до н. э.) , зрелый латенский (вальдальгесхеймский) стиль (со второй половины IV в. до н. э.) , пластический стиль и стиль мечей (II в. до н. э.) .
Ранний латенский стиль основывается отчасти на италико-этрусских образцах, отчасти на более отдаленных элементах: греческих, даже ирано-персидских и центрально-азиатских. Важными факторами его развития были склонность к блеску кельтской аристократии, а также поступление по Роне или через альпийские перевалы классических образцов, особенно бронзовых кувшинов и других атрибутов нового винопития.
Однако корни кельтского искусства уходят в первобытную зависимость человека от природы. Ранние мотивы обнаруживают большое постоянство узора, геометрических изломанных форм, правильных кругов; завитки, ромбы, S-образные спирали и повторяющиеся перекрестно-заштрихованные узоры — естественный способ украшения гончарной посуды. Извилистые линии кельтские мастера сочетали с определенными растительными элементами, пришедшими с юга — листьями пальмы, цветами лотоса, вьюнка. Иногда они шли параллельно друг другу, иногда переплетались, образуя единый декоративный ряд, или же два S-образных элемента соединялись в основной лирообразный мотив. Лира и пальмовые листья представляют собой постоянно встречающийся и типичный мотив древнекельтского искусства. На протяжении долгих лет они использовались для украшения ножен и мечей и гончарных изделий. При этом применялись штамповка или гравировка.
Позднее появляются конкретные образы небольших существ (в том числе фантастических): лебеди, утки, лошади, коза, сфинкс, лев, олень и др., что объясняется влиянием скифов. Уже к концу V в. до н. э. в кельтском искусстве широко распространяется мотив человеческой маски, иногда увенчанный элементом, напоминающим корону из листьев. Эти маски появляются на небольших изделиях с выпуклым узором из золота и бронзы, среди них — бронзовых блюдах, сосудах для еды и питья, деталях конской упряжи и др. Мотив маски несомненно имеет средиземноморское происхождение и претерпел существенное развитие в кельтском искусстве: начиная с масок, передающими утрированную мимику, и заканчивая масками с намного более спокойным выражением лица.
Наибольшее количество таких ювелирных изделий было найдено в Южной Греции, Франции и Бельгии, они встречаются также в Богемии и Австрии. Это - украшенные масками броши, напоминающие по своей конструкции северо-итальянские. Их главная отличительная особенность — человеческие и животные маски, выполненные реалистично или же в столь фантастическом облике, что трудно определить, животное это или человек. Высокой художественной ценностью отличаются броши, найденные в Чехословакии. К концу III в. до н. э. по всему кельтскому миру были распространены художественно выполненные золотые торквесы. Их отливали из драгоценного металла или брали какой-нибудь другой металл в качестве сердечника, или же изготовляли в виде полой трубки. На одних орнамент изрядно истерся, другие были положены в могильник вскоре после изготовления.
Еще один отличительный признак кельтского искусства — отход от строгой симметрии, которая господствовала в искусстве гальштата. Для смелого криволинейного латенского стиля в плоскостных изображениях и в пластике характерно оставляющее глубокое впечатление стирание граней между реальным и абстрактным и удивительное чувство равновесия при всей асимметричности [Delaney F. The Celts. London: Grafton, 1989., с. 113] .
Делани замечает, что "красочная роскошь украшения, тенденция занять орнаментом каждый миллиметр поверхности, экскурсы в абстрактное, — все это предполагает неистовое, безудержное, прихотливое художественное воображение. Но ничуть не бывало. Кельтское искусство соединяет в себе темное и бесхитростное с обильным и упрощенным: прежде всего, оно отражает мир природы. Подобно самой природе, кельтское искусство ненавидит прямую линию, и все, подмеченное в живой природе — деревьях, растениях, воде, земле — претворяется им в абстрактную неопределенность.
Наиболее яркими образцами раннего кельтского искусства являются ножны из Гальштата (IV в. до н. э.) и бронзовые кувшины из Бас-Йютса (Франция) , датируемые V—IV вв. до н. э. (картинки не нашла, если найдёте, будет круто)
На ножнах из зальцкаммерготского захоронения, длина которых составляет примерно 1 м, воспроизведены выразительные сценки из жизни кельтов.
Следует отметить то особое место, которое занимали мастера, работающие с металлами. Кельты наделяли их почти сверхъестественными способностями. А художественные изделия из металла—сосуды, ковши, бокалы, равно как и оружие, шлемы, броня — служили предметом гордости и отличия для кельтской аристократии. Столь изысканные, исполненные вкуса и роскоши изделия свидетельствовали о благосостоянии и социальном положении хозяина тому, кого усаживали за стол или с кем встречались в бою. Нередко они становились и предметом зависти. И даже отправляясь в путешествие, кельтский вождь включал в свою свиту мастера по металлу, что поднимало авторитет этого вождя в глазах равных и позволяло пользоваться услугами мастера для поддержания своего престижа.
Не позднее второй половины V в. до н. э. в населенных пунктах, где располагаются ставки кельтских вождей, возникают местные художественные и ремесленные мастерские. В них работают местные ремесленники, которые сочетают знание местных образцов и мотивов с самобытным талантом и мастерством и, отталкиваясь от зарубежных образцов, создают оригинальные "личностные орнаменты". В III в. до н. э. наступил явный кризис искусства и ремесел. В результате изменения экономических и политических условий искусство, призванное украшать княжеские палаты и залы вождей, несколько отошло на задний план, уступив место искусству и ремеслу "промышленному", обслуживающему гораздо более широкий круг клиентов. Постоянно повышая свою производительность, кельтские ремесленники снабжали различные группы кельтского населения брошами и заколками, изделиями серийного производства, претерпевающими изменения в конструкции и форме в зависимости от моды: от образцов со съемной ножкой до изделий с ножкой, прикрепляемой к дуге.
Широкое распространение получает искусство художественной эмали. Эмалевые инкрустации украшают самые различные предметы: щиты воинов и шкатулки для драгоценностей, конную сбрую и различные броши, пряжки, браслеты, мечи и пояса.
/// 04.09.2014 13:36 // Комментарии: 7 / 04.09.2014 21:32
/// Комментировать



Меняем формат блога. Стили живописи. Художники. краткие Биографии.

Начнём, пожалуй, с искусства Византии.
Итак, поехали.
Византийское искусство генетически восходило к эллинистическому и восточнохристианскому художественному искусству. В ранний период в византийском искусстве как бы слились рафинрованная платоничность и трепетная чувственность позднеантичного импрессионизмас наивной, порой грубоватой экспрессивностью народного искусства Востока. Эллинизм долгое время оставался главным, но не единственным, источником, откуда византийские мастера черпали изящество форм, правильность пропорций, чарующую прозрачность колористической гаммы, техническое совершенство своих произведений. Но эллинизм не мог в полной мере противостоять мощному потоку восточных влияний, нахлынувших на Византию в первые столетия ее существования. В Это время ощущается воздействие на византийское искусство египетских, сирийских, малазийских, иранских художественных традиций.
В IV-V вв. в искусстве Византии были еще сильны позднеантичные традиции. Если классическое античное искусство отличалось умиротворенным монизмом, если оно не знало борьбы духа и тела, а его эстетический идеал воплощал гармоническое единство телесной и духовной красоты, то уже в позднеантичном художественном творчестве намечается трагический конфликт духа и плоти. Монистическая гармония сменяется столкновением противополжных начал, "дух как бы пытается сбросить оковы телесной оболочки". В дальнейшем византийское искусство преодолело конфликт духа и тела, его сменила спокойная созерцательность, призванная увести человека от бурь земной жизни в сверхчувственный мир чистого духа. Это "умиротворение" происходит в результате признания превосходства духовного начала над телесным, победы духа над плотью. Основной эстетической задачей византийского исскуства отныне становится стремление художника воплотить в художественном образе трансцендентную идею.
В VI-VII вв. византийские художники сумели не только впитать эти многообразные влияния, но и, преодолев их, создать свой собственный стиль в искусстве. С этого времени Константинополь превращается в прославленный художественный центр средневекового мира, в "палладиум наук и искусств". За ним следуют Равенна, Рим, Никея, Фессалоника, также ставшие средоточием византийского художественного стиля.
Расцвет византийского искусства раннего периода связан с укреплением могущества империи при Юстиниане. В Константинополе в это время воздвигаются великолепные дворцы и храмы. Непревзойденным шедевром византийского творчества стал построенный в 30-х годах VI в. храм св. Софии. Впервые в нем была воплощена идея грандиозного центрического храма, увенчанного куполом. Блеск разноцветных мраморов, мерцание золота и драгоценной утвари, сияние множества лампад создавали иллюзию беспредельности пространства собора, превращали его в подобие макрокосмоса, символически приближали к образу Вселенной. Недаром он всегда оставался главной святыней Византии.
В живописи VI-VII вв. кристаллизуется специфически византийский образ, очищенный от инородных влияний. В основе его лежит опыт мастеров Востока и Запада, пришедших независимо друг от друга к созданию нового искусства, соответствующего спиритуалистическим идеалам средневекового общества. В этом искусстве появляются уже различные направления и школы. Столичная школа, например, отличалась великолепным качеством исполнения, утонченным артистизмом, живописностью и красочным разнообразием, трепетностью и переливчатостью цветов. Одним из самых совершенных произведений этой школы были мозаики в куполе церкви Успения в Никее.
Другие направления в искусстве ранней Византии, воплотившиеся в мозаиках Равенны, Синая, Фессалоники, Кипра, Паренцо, знаменуют отказ византийских мастеров от античных реминисценций. Образы становятся более аскетичными, не только чувственному, но и эмоциональному моменту в таком искусстве уже нет места, зато духовность достигает необычайной силы.
©

/// 03.09.2014 16:32 // Комментарии: 7 / 04.09.2014 18:22
/// Комментировать



Уважаемый администратор

предлагаю переименовать TheJournal. ru в TheRepost. ru
/// 31.08.2014 21:20 // Комментарии: 1..55 / 07.09.2014 18:51
/// Комментировать



династия идиотии

интересно, нас так же считали тупой школотой в 8-14 лет, как мы сейчас считаем тех, кто младше на 8-10 лет?
Похоже, я превращаюсь в бабку, которая сидит на лавочке перед пропуканной хрущёвкой и любит рассуждать "а вот были времена, когда такой хни не было".
блинаа
/// 29.08.2014 09:25 // Комментарии: 14 / 30.08.2014 14:48
/// Комментировать



радуга, единороги, звёздная пыль

пока у меня приподнятное настроение - всем любви, большой и малой.
не знаю, наверное это дождливый и ветреный день так влияет, но заходя на отремонтированную кухню, которая теперь в тёплых вкусных тонах и довольно уютна, хочется быстрее зиму, добрых вечеров, горячего шоколада.
радуюсь вместе со средой.
предвкушаю много дел.
/// 27.08.2014 10:04 // Комментарии: 11 / 29.08.2014 21:53
/// Комментировать



розовая тарелка

другая версия Борджиа на старте.
никто не знает, какое у нас расписание, никто даже не вкурсе, когда просмотр по пленэру.
институт похлеще Хогвартса.
тут меня кстати накрыла одна мысль - человек перестаёт искать свою "вторую половину", когда ощутит себя полноценным.
видимо, я всё же полноценная личность. для кого-то это покажется глупостью, но он вертится вокруг своих потребностей. да, у каждого же есть потребности. и мы становимся несчастны, когда не получается их удовлетворить.
буддисты говорят, что нужно избавится от источника страданий - от желания.
это не касается голода, я думаю или сна.
а что-то такое, что может сделать счастливым какбэ.
/// 26.08.2014 19:36 // Комментарии: 7 / 26.08.2014 21:49
/// Комментировать



зависимо от

интернет отдаляет меня от людей настолько сильно, что когда я слышу человеческий голос постороннего, мне делается так неловко, что рука тянется ущипнуть себя.
я погрязла в матрице настолько, насколько это вообще возможно.
но суть в том, что если внезапно обрубить каналы, сети, жизнь не станет ярче и интереснее.
помню, когда бросала курить, мне обещали свободу и наслаждение без табака. но через полтора месяца, окончательно превратившись в озлобленную циничную стерву и воображающую яркие пытки людей, я поняла что всё это не нужное.
лишать себя чего-то ёмкого ради эфемерного счастья. которого, как оказывается, в итоге не получишь.
мы были детьми, пока интернет распространялся лишь через телефонную линию. нам было весело друг с другом, нам можно было ни о чём не беспокоиться.
а потом выросли и стали одинокими взрослыми, которые неспособны никого любить. они способны лишь отдавать часть своего словесного поноса другим. и только.


Твори, конечно. убегать в творчество временами приятно.
/// 25.08.2014 14:02 // Комментарии: 25 / 29.08.2014 16:17
/// Комментировать



Все Далее >>

Записи: 1..10  11..20  21..29 

Выделенный сервер, аренда серверов, дешевые сервера, купить сервер, хостинг сервера

Анкета

Имя: ei

Дислокация: Ljusalfheim

Интересы: Жизнь, Любовь



Мои друзья

Алхимик


Интересные люди

Фриц


Интересные записи

Алхимик: 01. 06. 15Алхимик: Для истории ’15Алхимик: Упущенное’14Алхимик: Первый снег’14Алхимик: Напоминания


Внимание

Всем! Всем! Всем живым журналистам! Объединяйтесь в союзы для ведения общих тем. Подробности на сайте TheUnity.ru


Сыграем?

Маджонг Кристаллы
Линии Калейдоскоп
Коллекционер Пузыри




По организационным вопросам обращайтесь к Главному редактору
По техническим вопросам обращайтесь к Верстальщику
Мобильная версия wap.thejournal.ru
Экспорт в RSS 2.0